Партийная чистка, или Грабли для пензенской КПРФ

24.06.2014

 

Мельниченко inc. (вместо предисловия)

После того, как стало окончательно ясно, что Бочкарева не пустили на перевыборы, снова всплыла кандидатура Олега Мельниченко как возможного будущего губернатора.

И в связи с этим хотелось бы предложить читателям давнее интервью с ним, которое было напечатано в «Биржевой газете» в августе 2003 г.

Интервью интересно в первую очередь тем, что с той поры прошло уже 11 (!), но с тех пор ничего в КПРФ не изменилось – абсолютно ничего. И оно предназначено в первую очередь коммунистам, которые не смогли тогда его прочитать – тираж у «БГ» был небольшой, всего 3 тысячи.

Ну, и тем, кто вступил в КПРФ за эти годы – пусть тоже задумаются.

Интервью мы хотели напечатать еще в марте. И даже анонсировали. Но тогда к нам обратились некие люди, назвавшиеся сторонниками Мельниченко, которые попросили интервью не печатать, уверяя что «еще не время». Тогда мы с ними согласились.

Но теперь время точно пришло.

 

Андрей Базаров

интервью с бывшим членом бюро обкома КПРФ Олегом Мельниченко

«Биржевая газета» №4, 28.08.2003 г.

 

Часть первая.

Заговор против вождя

- Олег Владимирович, в одной из газетных публикаций утверждается, что вы пострадали от действий руководства обкома КПРФ.

- Я вышел из состава бюро и сегодня являюсь рядовым членом партии.

- Вышли или вас попросили?

- Ситуация сложилась так, что дальнейшее мое пребывание в руководящем органе обкома КПРФ стало нецелесообразным.

- Но кроме вас, стали не нужны и другие члены бюро. Конфликт между молодым и старым составом бюро возник из-за Отраднова?

- Ситуация вокруг Отраднова такова, что инициатива о применении к нему партийного взыскания исходила от той первичной партийной организации, которая принимала его в партию и от тех людей, которые поддержали его на выборах в городскую Думу. Дальнейшее поведение Александра Михайловича я хотел бы оставить без комментариев.

- Но здесь как бы одно вытекает из другого. Сначала произошел конфликт внутри партии. А потом Отраднова «закрыли».

- Есть достаточно большой и серьезный пласт коммунистов, которые искренни в своих убеждениях. У многих за плечами восстановление народного хозяйства, честный труд на предприятиях, фабриках и в школах. Но есть люди, поведение которых бросает на партию серьезную тень. Но в большинстве коммунисты не виноваты, что так складывается ситуация.

- В целом-то коммунисты хорошие, но вот позиции Мельниченко расходятся с позициями руководства областной партийной организации.

- С Мельниченко как раз все понятно. Я из партии не ушел. Я ушел из руководящих органов. Скрывать не буду: стиль руководства Зубкова неадекватен сегодняшнему времени. Сегодня партийную работу нужно строить по-другому.

На сегодняшний день процесс постепенной потери авторитета областной партийной организации во многом связан с тем, что мы не можем изменить стиль работы. Это тот самый субъективный фактор в истории. С одой стороны, начиная с 1992 года, Зубков очень много сделал для возрождения партии. Огромное ему за это спасибо. Но сегодня, при сохранении стиля его руководства, по большому счету многие просто превратились в статистов. Загублена инициатива, а с ней и творчество партийцев.

 

Часть вторая.

Режиссеры из Желтого дома

- У вас нет ощущения, что раскол в обкоме КПРФ отрежиссирован в Желтом доме?

- Поймите правильно! Легче всего все списать на происки Бочкарева, Путина или злого демона в облике ФСБ. В последнее время вокруг моего имени насаждался в партии образ врага. Распространялись слухи, что я чуть ли не специально внедренный агент, представляю «пятую колонну» и так далее. Ну а как по иному все можно объяснить? Либо признать, что сложившаяся ситуация объективна и вызвана стилем руководства. Либо обвинить тех, кто выступил против стиля руководства, назвав их агентами ФСБ и Желтого дома. Я что, работаю в аппарате Бочкарева? Предысторию наших отношений с губернатором вы прекрасно знаете. Я руководил избирательной кампанией Виктора Илюхина на выборах в Госдуму и на губернаторских выборах.

- Как вы расцениваете переход Шаронова в лагерь политических противников?

- Что касается Шаронова – он талантливый журналист и хороший организатор. К этому у него прирожденный дар. Его поступки можно одобрять или не одобрять, но нужно признать, что он никогда бы их не совершил, если бы была иная ситуация в областной организации. Значит, плохи те люди, которые не смогли его удержать. Что им мешало? Удерживайте потенциал! Не создавайте условий, чтобы талантливые люди от вас уходили. Создавайте им реальные возможности для раскрытия таланта. Не сочиняйте мифы. Возникшая ситуация не искусственно создана Желтым домом. Тот, кто считает, что это так, сильно ошибается. Эта ситуация назревала на протяжении как минимум 3 лет.

- Но по факту получается, что Бочкарев переиграл Зубкова, развалив изнутри пензенскую КПРФ. Достаточно было переманить активную часть, и в организации остались одни старики.

- Мне кажется, Шаронова никто не переманивал, а КПРФ пока не похожа на развалины.

 

Часть третья.

О жизни и смерти КПРФ

- Однако и Шаронов, и Лыжин уже в другом лагере. Мельниченко, работающий в исполнительных структурах действующей власти, косвенно тоже.

- Еще раз хочу повторить. Проблема в том, что надо научиться признавать свои ошибки, отказываться от явных глупостей, не переводить свое личное, чисто субъективное мнение, в ранг жесткого политического противостояния и не подталкивать к нему умных людей. Не стоит уходить в это противостояние настолько, чтобы доводить до разрушения организацию и разбивать человеческие судьбы. Нужно просто тривиально научиться уважать в человеке человека и нормально с ним разговаривать. Понятно, что КПРФ сегодня – это не КПСС 60-70 годов. Что требуются совершенно новые подходы в работе с людьми. Для этого нужна свежая струя идей, и, прежде всего, интеллект. Если левая идея не будет творчески и интеллектуально развиваться, то она погибнет. Вернее, не погибнет. Она воплотится, но в другой форме. Ее принесут другие люди. И эти люди скоро придут. Вопрос жизни и смерти КПРФ – это, прежде всего, вопрос ее интеллектуального обновления.

- Чего, к сожалению, не наблюдается в пензенской организации КПРФ, где нет притока свежих сил, а организация стареет на глазах.

- Если проанализировать ход развития левого движения в мире, то оно принимает совершенно новые организационные и интеллектуальные формы. Нам эти формы надо искать. А мы этого не делаем и топчемся на месте. Сегодня получается, что интеллигенция не с нами. Мы разводим руками и удивляемся: почему? Да потому, что она не может быть с нами. Ей не разрешают думать! Не разрешают высказывать новые идеи. Прежде всего, я имею в виду интеллигенцию, стоящую на марксистских позициях. Определили какие-то догматы, и ни на шаг от них не отходим. Кстати, это трагедия не только КПРФ. Во многом, это трагедия и Русской Православной Церкви. Мы никак не можем отказаться от изживших догм.

- А что мешает реально выстроить модель современного общества на примере Пензы?

- Сегодня, даже в характере труда современных людей, происходят такие серьезные подвижки, которые не укладываются в старые организационные политические схемы. Это одна из ловушек 20 века. Ведь чем, согласно теории Маркса, отличается строительство нового общества от буржуазного? Сознательностью! Новое общество – это плод сознательной жизнедеятельности человека. А что такое сознательность? Это не просто раскрытие законов и закономерностей. В основе любого общества лежит какая-то экономическая единица. Например, буржуазное общество – это одна большая фабрика. Заданные операции, за пределы которых человек не выходит.

Почему в СССР всегда стояла проблема пьянства среди определенного круга рабочего класса? Почему мы всегда разочаровывались, опускали руки, и у нас ничего не получалось? Потому что сам характер репродуктивных трудовых операций исключал творчество. И только единицы, 10-15 процентов, привносили творчество в свой труд. Новое общество – назовем его коммунизмом или как-то по-другому – будет обществом творческих людей.

 

Часть четвертая.

Запад нам поможет

- Неужели и в Пензе могут быть созданы условия для этого?

- В Пензе, к сожалению, их пока нет. Но они есть на Западе, где наметились совершенно иные подходы в организационном построении левого движения. Оно строится по принципу ассоциативности, ассоциаций и свободы. Прежде всего, идейно-творческой свободы, в форме свободных дискуссий. А мы пока, к сожалению, наступаем на старые грабли. Я вижу суть в этом. Мне жаль, что все так получается, хотя в Пензе есть умные люди, потенциал которых мог бы двигать левое движение. Но они как бы выпадают из этой обоймы. Поэтому глупо все сводить к грубой теории заговора.

Согласившись на это интервью, я хочу, чтобы мои соратники по партии задумались. Если мы в ближайшее время не предпримем качественных изменений в работе, то эта «ходка» в Государственную думу может стать для коммунистов последней. Мировая история знает много подобных примеров, когда, не сориентировавшись, руководство заводит партию в теоретически, идеологический и организационный тупик. Много ли сегодня в Европе коммунистических партий, имеющих фракции в парламенте? А это как раз указывает на кризис левой идеи, и то, что КПРФ имеет сегодня такие позиции, не означает, что она сохранит их в будущем, если серьезно не займется идеологической и теоретической работой.

- Так кто же будет заниматься реформированием КПРФ в Пензе, если Мельниченко приглашают советником полпреда на Дальний Восток?

- Не знаю, откуда взялись такие прогнозы в «МК». В свое время они писали, что я должен стать советником губернатора, еще кем-то. Много вешалось всяких слухов. Но если они хотят развернуть ажиотаж вокруг моей фамилии, то пусть пишут. В данном случае я комментировать ничего не могу. Потому что комментировать нечего.

 

P.S. Как стало известно корреспонденту «БГ», 26 августа Олег Мельниченко направился в администрацию президента для согласования своей кандидатуры на пост советника полномочного представителя президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Константина Пуликовского.
Comments